- Есть ли на нашем телевизионном пространстве полностью независимые каналы?

- О чем речь!!! В нашей стране нет даже независимого водоканала, а Вы хотите телевизионный! Канализация в нашей стране не свободна и не имеет независимости…

- Что Вам в наибольшей степени не нравится в нашей политике?

- Я понял насколько коррумпированная наша власть сегодня. Представьте, меня попросту заказывали. Я имею доказательства, что мы побеждали в судах, а ни одно из выдвигаемых обвинений данных продажных СМИ не нашло ни единого подтверждения.

- А были ли извинения?

-Нет, никто не извинился. Никогда не забуду, как будучи ещё малым пацаном, мы вместе с друзьями вместе собирались в садике на площадке. Далее немного находился базарчик, где торговали рыбой. Там ежедневно стояла женщина, она была немного не в уме, занималась тем, что обмывала покойников. Получала за эту работу деньги. А когда приходили туда люди. То она всегда к ним цеплялась и задевала. «Слышишь, подойди сюда». В большинстве своем от неё просто шарахались, а она отвечала в ответ «Не шарахайся, я все равно тебя потом помою». Вот и я просто надеюсь, что потом я их всех смогу ещё помыть. Почему? Да просто таких вещей не умею прощать… Очень обожаю поэтов времен войны. Это те люди, которые пошли на войну, на фронт, а вернулись с покалеченными душами, не говоря о том, что многие были покалечены и физически, как мой отец. Вот и вспоминаю одни строки:
«Окровавленный, оглохший и страшный, я как танк шел, но боли не было, лишь злоба была только, я под танк лег…» Это описывает мое состояние противодействия всем тем негодяям, которые зачем-то меня старались облить грязью без причин. Мне все равно и я утверждал, что возьму с собой гранаты и брошусь на этих непристойных людей. Я очень благодарен всем своим друзьям, которые проявили себя как порядочные люди и в наиболее тяжелые времена не бросили меня. В тоже время это были не обычные люди. А бывшие министры, генералы, артисты, которые могли просто позвонить и сказать, Ян помни, мы с тобой.

- Но Вам ведь приходится работать с теми, с кем и боритесь?

- Я достаточно толерантный человек, который может часто идти на любые компромиссы, чтобы не волновать лишний раз общественность и не создавать цирк.

- В конце 2004 года в нашей стране была ситуация близкая к гражданской войне. Как Вы думаете, уже теперь мы уже не возле него?

- Ну могу сказать, что он острейшего противостоянии мы перешли к вяло развивающейся холодной войне. Может стать так, что к новым выборам опять возможна похожая ситуация.

- Не является ли ваша работа в Верховной Раде противоречащей Вашей совести? Голосовали ли Вы солидарно со своей партией за решения, которые неприемлемые лично для Вас?

- Сейчас, на данный момент голосовать за законопроекты, перечащие моей совести не приходилось. Было бы очень хорошо, чтобы именно с такой совестью я и смог уйти из парламента, с которой в нем смог оказаться. Я никого не кидал, и на мне нет ни единой судьбы.

- Вы объединяете две роли, Политика и артиста. Есть ли какие-то пересечения этих ролей?

- В обеих случаях приходится играть. Верховная рада тот же театр. По-моему, все политики – настоящие актеры, а украинские политики. Это актеры драматических ролей.